Такое сейчас время, брат...

Мои родители проживали на узловой станции Раздельная. Они были уже очень старые, обоим по девяносто лет, поэтому я наведывался к ним по два-три раза в неделю, обязательно и в любую погоду. Однажды на полдороги мой «Запорожец» стал резко нагреваться, и на панели приборов загорелась красная лампочка, которая сигнализировала о том, что нет зарядки аккумулятора. Оборвался ремень вентилятора. Это значит, что генератор не работает, и аккумулятор очень быстро и полностью разрядится. Чтобы не рисковать, решил остановиться и проголосовать на  трассе, возможно, у кого-нибудь найдется запасной ремень.

Но на мою поднятую руку вообще никто не реагировал, а если кто-либо и приостанавливался, то ремня не имел. Я уже начал терять надежду, но вдруг -  о радость! В направлении  Одессы катит такой же самый «Зазик», да еще и с одесскими номерами. Когда он затормозил, я кинулся к водителю, как  к родному брату.  «Земляк», не выходя из машины, выслушал меня в пол уха и говорит:

 - Пятнадцать гривен.

Это было для меня настолько неожиданным, будто кто-то огрел меня по голове. Я, конечно, не собирался выцыганить ремень бесплатно, но чтобы так категорично торговаться в дороге, для меня за многолетнюю водительскую практику это впервые.

Так и хочется рассказать, как однажды, возвращаясь в Одессу, чуть ли не в том же месте среди ночи меня попросила остановиться семья с двумя маленькими детьми. Один из них заболел, все время плакал, а у их «Запорожца» выстрелило колесо, и заменить его они не имели чем. Я отдал им  свое запасное, и в суматохе и спешке не записал их адрес, и платы не взял. Но главное не в этом. У меня самого через несколько километров стравило заднее колесо и пришлось мне среди ночи в поле  менять камеру.

Засовывая руку в карман, я искал деньги и злился на себя за то, что никак не могу от этого сравнения избавиться. И чем дальше я копался у себя в кармане, волнуясь, тем больше меня раздражало это. Ведь водитель в каждую минуту мог уехать, а с ним и последняя моя надежда.

- Вот, возьмите, тринадцать с копейками, - протянул я ему руку, заглядывая в его глаза, - или обождите, пожалуйста, одну минутку, возьму в машине остальные, потому что это все, что есть при мне.

Его глаза продолжали смотреть, но как-то сквозь меня.

- Вы, - наконец, проговорил безапелляционным тоном водитель, - видно еще не поняли, в какое время мы живем.

- Если вы мне не верите, тогда возьмите вот мой паспорт, - выложил я свой последний аргумент. Тем более, что до моей машины было всего несколько метров и, не сменив ремень, я все равно бы не убежал.

Я увидел, как на лице водителя появилась какая-то тень. Она ничего хорошего мне не обещала.

- Кому теперь нужен ваш паспорт и ваша прописка? Теперь, батя, всем нужны деньги и только деньги. У вас их нет. Вы не платежеспособны, - и нажал на педаль газа.

Я растеряно смотрел на свои тринадцать гривен с копейками и никак не мог понять, что мне с ними теперь делать? Даже не заметил, откуда взялась 21-ая «Волга». Водитель, мужчина  моих лет, пока я торговался с «земляком», подошел к моему поднятому заднему капоту и сразу все понял. Он покопался в своем багажнике, достал несколько разных по размерам ремней.

- Пошли, брат, может быть, и подберем какой-либо из этих ремней. А если нет, то что-нибудь другое  придумаем.

Он быстро подобрал подходящий ремень из своего запаса. Я протянул ему свои тринадцать гривен, а он мне на это и говорит:

- Ты брат, видно, так и не понял еще, в какое время мы живем. Сейчас, если мы друг другу не поможем, то пропадем, и тогда уже никакие деньги нам не помогут. Ты это запомни!

Я запомню. Я обязательно запомню. Очень жаль, что мой «земляк» не слышал этих слов, а главное, не видел этих глаз. Они излучали радость жизни, без страха и  тревог.

Автор: Сергей  Резинец

г. Одесса

Теги: 

Статьи по теме:

Когда люди гонятся за модой, а по сути за толпой, они стараются выделиться. Когда они пытаются быть не такими, как все, они попадают в толпу, которая пытается быть не такими, как все.

Первый вопрос:

время понтов



Комментировать

рассма_ивать: